Опасный период
Но опасный период еще не миновал. Именно после того, как основной тренд начинает свое развитие в обратном направлении, ощущается полный эффект предшествующих этому эксцессов. Пока банкам была предоставлена полная свобода действий, они могли покрывать свои необеспеченные займы, расширяя объем дополнительных кредитов, но как только банки столкнулись с необходимостью выделения резервов под необеспеченные или сомнительные займы, им стало невыгодно вслед за плохими деньгами вышвыривать и хорошие*. Напротив, у них были теперь все основания для ликвидации необеспеченных займов, поскольку, сделав это, они могли конвертировать бесприбыльные активы в прибыльные и могли также вернуть некоторую часть резервов, которые им пришлось выделить. Опасность состоит в том, что ликвидация необеспеченных займов вскрывает необеспеченность других займов. Например, многие фермеры не могли обслуживать свой долг, но стоимость их земель была все еще достаточно высока, чтобы они могли служить удовлетворительной залоговой гарантией. Вместо объявления этих фермеров банкротами им был дан дополнительный кредит. Ведь распродажа земли уже обанкротившихся фермеров снижает цены на землю, и поэтому все большему числу фермеров приходится заявлять о банкротстве. То же самое происходит в нефтяной отрасли. На момент написания этой работы (сентябрь 1985 г.) аналогичные признаки подобной ситуации наблюдаются и в области недвижимости. Транспортные перевозки, вероятно, следующие на очереди.
_______________
* Good money — “хорошие” деньги — федеральные фонды, которые можно использовать в тот же день. — Прим. ред.
Конец страницы 148
Начало страницы 149
Банкротство Мерилендского общественного сберегательного банка и его филиала, Капитальные программы Инк. (Equity Programs Inc., EPIC) в 1985 г., служит образцом того, что может случиться, если тренд поворачивается в противоположном направлении. Институт, о котором идет речь, был приобретен компанией-подрядчиком, занимавшейся недвижимостью, которая осуществляла свою синдикационную деятельность по привлечению средств в качестве филиала ссудо-сберегательного учреждения. Эта компания-подрядчик специализировалась на финансировании строительства модульных домов и пользовалась солидной репутацией. Закладные на эти дома страховались частными ипотечными страховыми компаниями и продавались инвесторам в форме ценных бумаг, обеспеченных ипотечными займами. Вслед за “набегами” вкладчиков на сберегательные банки в Огайо, застрахованные на уровне штата, сберегательным банкам в Мериленде стало необходимо получить федеральное страхование. Федеральная Корпорация Страхования Ссудо-Сберегательных Организаций (FSLIC) с ее дисциплинарным рвением настаивала на том, чтобы филиал компании, привлекающий синдицированные средства под вложения в недвижимость, был продан, прежде чем материнская компания получит страхование FSLIC. Это разрушило всю комбинацию: филиал не мог привлекать новые синдицированные займы, а без новых синдицированных поступлений он не мог оплачивать расходы по обслуживанию своих ипотечных займов. Выяснилось, что доход от домов, под которые уже были привлечены синдицированные средства, был недостаточен для того, чтобы компенсировать ипотечные займы, а дефицит обычно покрывался за счет вновь привлекаемых синдицированных средств. В теории модульные дома должны были быть в конечном итоге проданы и начать приносить доход, но на практике филиал слишком сильно задолжал материнской компании и некоторые из этих домов, кажется, никогда не существовали. Филиал, о котором идет речь, выпустил Ценные бумаги, обеспеченные ипотекой*, на сумму около 1,4 млрд. Долл., и компании, страхующие ипотечные займы, оказались на крючке. Возможные выплаты превысили активы некоторых таких страховых компаний, и если они не могли выполнить своих обя-
________________
* Mortgage-backed securities (MBSs) — ценные бумаги, обеспеченные неделимым пулом ипотек (США); доход выплачивается за счет платежей По ипотечным кредитам, входящим в пул (см. сноску на стр. 147). — Прим. ред.
Конец страницы 149
Начало страницы 150
зательств, опасности подвергалась надежность ценных бумаг, обеспеченных ипотекой*.
Моего краткого отчета о недавних событиях достаточно, чтобы показать, что лица, ответственные за регулирование экономики, также не лишены предпочтений. Они являются участниками рефлексивного процесса и действуют на основе несовершенного понимания, так же как и те, чью деятельность они регулируют. Кроме того, те, кто регулирует процессы, хуже разбираются в регулируемом ими бизнесе, чем те, кто занимается этим бизнесом. Чем более сложным и новаторским является этот бизнес, тем менее вероятно, что контрольные органы могут компетентно выполнять свою работу.
Регулирующие правила всегда отстают от событий. Когда до регулирующих органов доходят, наконец, нарушения, предпринимаемые ими корректирующие действия, как правило, усугубляют ситуацию в противоположную сторону. Именно это и случилось в рассматриваемый нами период. Когда власти обнаружили, что международные займы были необеспеченными, было слишком поздно корректировать ситуацию, поскольку коррекция вызвала бы коллапс. Когда же они в конце концов настояли на том, чтобы банки признали свои убытки, их настойчивость ускорила коллапс залогового обеспечения в таких областях, как сельское хозяйство, нефтяная промышленность и транспорт.
Коммерческие банки также совершили много ошибок, но у них есть хотя бы некоторое оправдание: они действовали в пределах руководящих указаний, установленных регулирующими органами. Их задача состоит в том, чтобы конкурировать, а не беспокоиться о стабильности системы. Это оправдание реальное, в том смысле, что, постольку, поскольку не будет допущено никаких злоупотреблений, власти должны будут на самом деле выручить их, если они попадут в тяжелое положение. Это усиливает ответственность, налагаемую на регулирующие органы.